СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА УССР

                    П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 от 09.10.80

     г. Киев

     Приговором народного  суда Жовтневого района г.  Кривого Рога
от 22  февраля  1980  г.  Ш.  осужден по ст.  ст.  17 и 94 УК УССР
( 2001-05 ) (2001-05)
        .

     Определением судебной    коллегии    по    уголовным    делам
Днепропетровского областного суда от 25 марта 1980 г.  приговор  в
отношении Ш. оставлен без изменений.

     Ш. признан виновным в покушении на умышленное убийство  гр-на
Д.,  которое он совершил при следующих обстоятельствах.  21 ноября
1979 г.  Ш.  и Д.  находились на  тренировочных  занятиях  в  тире
ДОСААФ.  В  перерыве занятий,  находясь рядом с Д.,  Ш.  достал из
кармана боевой патрон,  зарядил им пистолет, который был выдан ему
для  тренировочных  занятий,  и  с  целью убийства,  почти в упор,
произвел выстрел в Д., причинив ему тяжкие телесные повреждения.

     В протесте  заместителя  Председателя  Верховного  Суда УССР,
внесенном в судебную коллегию по уголовным делам  Верховного  Суда
УССР,  ставится  вопрос об изменении состоявшихся по делу судебных
решений - переквалификации действий Ш.  со ст.  17 и 94 УК УССР на
ст. 105 УК УССР ( 2001-05 ) (2001-05)
        .

     Судебная коллегия удовлетворила протест, указав следующее.

     Как указано п.  5. постановления Пленума Верховного Суда СССР
от 27 июня 1975 г. N 4 "О судебной практике по делам об умышленном
убийстве"  покушение на умышленное убийство возможно лишь с прямым
умыслом,  т.е. когда действия виновного свидетельствуют о том, что
он предвидел наступление смерти, желал этого, но смертельный исход
не наступил в силу обстоятельств, не зависящих от его воли.

     Между тем,  признавая  Ш.  виновным в покушении на умышленное
убийство,  суд не  установил  и  не  указал  в  приговоре  мотивов
убийства. В материалах дела нет объективных данных, подтверждающих
вывод суда об умышленном характере действий Ш.  в момент  выстрела
из пистолета, о наличии у него прямого умысла на лишение Д. жизни.

     По делу установлено,  что отношения между осужденным Ш.  и Д.
до 21 ноября 1979 г.  были нормальными. Оба они посещали занятия в
спортивной секции по стрельбе из пистолета:  на  тренировках,  как
правило, находились рядом. В день происшествия Ш. и Д. на занятиях
отрабатывали тренировочные упражнения  по  стрельбе  также  рядом,
вместе  собрали учебный патрон - вставили пулю в стреляную гильзу.
Этот патрон оставил себе Ш.

     Из показаний Ш.  видно, что он хотел напугать юношей, которые
занимались в том же тире в винтовками.  С этой  целью  он  зарядил
пистолет  учебным  патроном,  случайно нажал на спусковой крючок и
неожиданно для него произошел выстрел,  которым был ранен стоявший
рядом  Д.  У  него  были все время хорошие взаимоотношения с Д.  и
никаких намерений причинить ему какую-либо неприятность у него  не
было   и  быть  не  могло.  Ш.  при  этом  заявил,  что  не  имеет
представления, откуда в пистолете оказался боевой патрон.

     Приведенные выше показания Ш. отражены в приговоре, однако им
не дано должной оценки и они ничем не опровергнуты.

     Оценивая в совокупности все собранные по делу доказательства,
судебная коллегия находит  объективными,  соответствующими  истине
показания   Ш.   о   том,   что   выстрел  в  Д.  он  совершил  по
неосторожности.

     В связи  с  изложенным  Ш.  должен  нести  ответственность за
неосторожное причинение тяжких телесных повреждений - по  ст.  105
УК УССР ( 2001-05 ) (2001-05)
        .

 Информационный бюллетень ВС УССР. 1981. N 37. Стр.36-38